Дата и время обновления: 08.12.2022 18:10:40

[english version]

Александр Станиславович Власов

Коротко о себе

Александр Власов

Родился в 1974 году в Костроме. Окончил филологический факультет Костромского государственного университета имени Н. А. Некрасова. Литературовед, кандидат филологических наук. Сфера научных интересов — русская литература XIX и XX веков, проза, поэзия, эволюция жанров. Автор ряда статей и монографии «“Стихотворения Юрия Живаго” Б. Л. Пастернака (Сюжетная динамика поэтического цикла и “прозаический” контекст)» (Кострома: КГУ им. Н. А. Некрасова, 2008).

Лет восемнадцать назад начал на досуге осваивать азы вебма́стерства. О результатах свидетельствует этот сайт, созданный мной в 2009 году.

Ещё — пишу стихи. С детства увлекаюсь рисованием. Стипендиат Всесоюзного детского фонда и московского молодёжного патриотического центра «Отчизна молодая» (1991), лауреат журнала «Крокодил» (1992), лауреат международной благотворительной программы «Новые имена» (1994).

Впрочем, это отдельная тема. Графике посвящён специальный раздел моего сайта.

«За чертой страницы» (О стихотворном эпилоге романа В. Набокова «Дар»

Роман В. Набокова «Дар» (1938) завершается стихотворением «Прощай же, книга! Для видений...». По мнению Ю. Орлицкого, это стихотворение, графически представленное в виде прозаического абзаца, символизирует наметившийся уход героя «от стиха, от поэзии вообще». Действительно, творческая эволюция Фёдора Годунова-Чердынцева развивается в направлении от лирической поэзии к романной прозе, и этот фабульный вектор становится также и вектором сюжетно-композиционной динамики «Дара» как метаромана, т.е. романа, который на сюжетном и стилистически-языковом уровнях репрезентирует процесс своего создания. На «метароманность» прозрачно намекнул сам Набоков в предисловии к английскому переводу романа, раскрывая смысл 5-й, заключительной главы...

Альбом «Графические портреты» (1993)

Александр Власов. Графические портреты. — Кострома: Издательская фирма «Костромские ведомости», 1993.

«…Поклонник чистого искусства рукоплещет» (Сальерианская тема в романе В. Набокова «Дар»)

«Кровь Пушкина течёт в жилах новой русской литературы с той же неизбежностью, с какой в английской — кровь Шекспира», — сказал В. Набоков в одном из интервью, вошедших в книгу «Строгие суждения». Есть некая символическая закономерность в том, что «Дар», завершённый в 1938 году и ставший последним русским романом Набокова, во многом ориентирован на тот дискурс отечественной культуры, в котором центральное место занимают судьба А.С. Пушкина и осмысление его произведений. В пушкинском срезе поэтики «Дара», предоставляющем обширный, многообразный материал для исследования, заметную роль играют прямые и косвенные отсылки к «Моцарту и Сальери» (1830), второй пьесе из цикла «Маленькие трагедии»...

Князь Мышкин и «сверхпроза» («Достоевские» мотивы в романе Юрия Полякова «Козлёнок в молоке»)

«Козлёнок…» имеет подзаголовок, указывающий на специфику жанра: «роман-эпиграмма». Воссоздавая реалии литературной жизни России середины 80-х — начала 90-х годов прошлого столетия, автор эпиграмматически заостряет определённые черты и приметы времени, что позволяет ему создать ряд гротескных, запоминающихся образов и выразить своё отношение к перестроечной и постсоветской эпохе. Это первый роман из серии произведений, начатой повестью «Демгородок» (1994), в которых Ю. Поляков предстаёт сторонником левого консерватизма — идеологии, опирающейся на мифологизированные, ностальгические представления о советском прошлом...

Фазиль Искандер

Фазиль Искандер. Рисунок А. Власова. 1991. Бумага, шариковая ручка. 30 x 42 см.

Андрей Макаревич

Андрей Макаревич. Рисунок А. Власова. 1994. Бумага, шариковая ручка. 30 x 42 см.

«…И дух Божий носился над водою» (Символика моря в повести А. П. Чехова «Дуэль»)

Символизация у Чехова — сложный процесс аккумулирования смыслов, их интерференции, синергии, результатом которого становится повышение значимости определённых реалий изображаемой действительности, предметно-«вещных» или «природных». Обретая семантический вес, эти реалии начинают подспудно (суггестивно) воздействовать на читательское восприятие как отдельных эпизодов и сцен, так и повести в целом. Попытаемся доказать это, проследив один из векторов символизации на примере «морской» линии, представленной целым рядом образов, на первый взгляд различных, но по своей глубинной, смысловой сути инвариантных...

Диалектика чуда. К вопросу о семантике движения в поэме Н. В. Гоголя «Мёртвые души»

Одно из ключевых понятий в определении особенностей художественного мира Гоголя может быть выражено словами движение, динамика. Под этим углом зрения многомерный гоголевский мир «раскрывается как контрастное сочетание статических и динамических элементов во всей смысловой напряжённости». Серьёзный интерес в плане интерпретации семантики движения представляет поэма «Мёртвые души» (1842). Обозначим главные аспекты темы. В первом аспекте движение предстаёт антитезой покоя (в самом широком смысле слова); во втором — оно рассматривается уже как таковое, со всем тем, что так или иначе характеризует его...

«Поэта сбивчивая речь»

Да, бренностью не пренебречь, да, беспощадная в стремленьи всё за собой во тьму увлечь, река времён, поток забвенья, течёт — и вечно будет течь, — но будет и звучать — сверяя свой ритм с дыханием прибоя и это гулкое, слепое пространство одухотворяя — поэта сбивчивая речь.

Михаил Жванецкий

Михаил Жванецкий. Рисунок А. Власова. 1994. Бумага, шариковая ручка. 30 x 42 см.

«Существенную взаимосвязь временны́х и пространственных отношений, художественно освоенных в литературе», М. М. Бахтин называл хронотопом. Литературно-художественный хронотоп характеризуется пересечением и слиянием пространственно-временных «рядов» и «примет»: время раскрывается в пространстве, а пространство «осмысливается и измеряется временем». В лирической поэзии эта своеобразная «интерференция» двух систем художественных координат многократно усиливается, охватывая все, без исключения, уровни структурно-семантической организации текста. И дело не только в эффекте «единства и тесноты стихового ряда»...

Через барьеры. Борис Пастернак в пародиях, эпиграммах, шаржах

Борис Леонидович Пастернак не был обделён вниманием критиков и литературоведов, а наряду с ними и сатириков. Пародии и эпиграммы на его произведения и на него лично появлялись в течение всей его жизни, и к началу XXI века их число приблизилось к сотне (включая возникавшие в Интернете). Такой объём материалов, полностью посвящённый Пастернаку, не может быть оставлен без внимания.

Рассказ В. Набокова «Василий Шишков» был опубликован 12 сентября 1939 года в парижской эмигрантской газете «Последние новости». Ранее, в июле 1939 года, вышла 69-я кн. журнала «Современные записки», где Набоков под псевдонимом «В. Шишков» напечатал стихотворение «Поэты». Позже, в апреле 1940 года, в 70-й кн. «Современных записок» появилось стихотворение «Обращение», подписанное тем же псевдонимом. Комментируя «Поэтов», Набоков вспоминал: «Это стихотворение <...> было написано с целью поймать в ловушку почтенного критика <...>, который автоматически выражал недовольство по поводу всего, что я писал». Реакция оппонента превзошла все ожидания...

Виктор Шкловский

Виктор Шкловский. Рисунок А. Власова. 2014. Бумага, шариковая ручка. 30 x 42 см.

Озвученный свет

Спросим себя: часто ли нам предоставляется возможность поразмышлять о такой серьёзной материи, как юмор? Думаю, ответ напрашивается сам собой. За последние несколько лет этот жанр, некогда считавшийся «низким», едва не стал таковым в действительности... Но — всё же не стал. И в первую очередь благодаря тем авторам и читателям, которые, вопреки веяниям времени, юмор подлинный, идущий от жизни, предпочитают пустому зубоскальству и смеху «от щекотки».

Некоторые исследователи, подвергая «бесфабульные» и «бессобытийные» сюжеты теоретическому анализу, говорят об особом типе событийности, присущем лирической поэзии. Рассмотрим под этим углом зрения один из наиболее известных поэтических текстов Б. Пастернака — «О, знал бы я, что так бывает...» (1932). Прежде всего — обозначим стержневую тематическую линию, конституирующую образный строй стихотворения: это тема поэзии, поэтического творчества. С ней соотносятся два инвариантных ассоциативно-тематических лейтмотива. Первый может быть условно назван «театральным», второй — столь же условно — «гладиаторским»...

Константин Ваншенкин

Константин Ваншенкин. Рисунок А. Власова. 1999. Бумага, шариковая ручка. 30 x 42 см.

«И было охвачено тою же самой тревогою сердце...» (О стихотворениях Б. Пастернака «Импровизация» и «Импровизация на рояле»)

Стихотворение «Импровизация», датированное 1915 годом и вошедшее в сборник «Поверх барьеров», вбирает в себя, пожалуй, все особенности поэтики «раннего» Пастернака и может по праву считаться одним из наиболее ярких её образцов. Менее известен второй вариант этого стихотворения — «Импровизация на рояле», написанный в 1946 году. А. Вознесенский, процитировав в своих воспоминаниях о Пастернаке две строфы из «Импровизации на рояле», заметил: «Как по-новому мощно! Стало строже по вкусу. Но что-то ушло. Может быть, художник не имеет права собственности над созданными вещами?»...

Двадцать третье и двадцать четвёртое стихотворения живаговского цикла, «Магдалина (I)» и «Магдалина (II)», входят в евангельский (под)цикл как монологи лирической героини. Композиционная единица, образуемая этими поэтическими текстами, чаще всего обозначается термином «диптих». Рассмотрим обе части диптиха, выявляя своеобразие их формы и концептуального содержания.

«Предвестие свободы» (О стихотворении Б. Пастернака «Сказка» в контексте романа «Доктор Живаго»)

«Сказка» — 13-я, центральная «глава» поэтической части романа Б. Л. Пастернака «Доктор Живаго». Временны́е и пространственные координаты действия «Сказки» весьма неопределённы; ясно лишь, что речь в стихотворении идёт о далёком прошлом и некоем «сказочном крае»: «Встарь, во время оно, / В сказочном краю / Пробирался конный / Степью по репью». Стержнем сюжета является событийная, фабульная динамика: быстрая смена эпизодов, сцен. Даже детали ландшафта предстают в движении — встречном по отношению к направлению движения героя (противоположность направления векторов маркируется во 2‑й строфе и далее, на протяжении почти всего повествования, присутствует имплицитно)...

Когда речь заходит об истоках 25‑ти стихотворений, составляющих поэтическую часть романа Б. Пастернака «Доктор Живаго», внимание обычно сосредоточивается на новозаветных архетипах. Обращение к тексту Нового Завета в финальных стихах живаговского цикла позволило Пастернаку дополнительно акцентировать религиозно-философскую, христианско-эсхатологическую проблематику романа, обозначив его концептуальный вектор («преодоление смерти», осуществляемое «усильем воскресенья»). Но архетипическая символика «Стихотворений Юрия Живаго» чрезвычайно разнообразна — так же, впрочем, как и их лирическая тематика.

Ранее, прослеживая основные события земной жизни Христа (рождение > въезд в Иерусалим > чудо о смоковнице > суд фарисеев), Пастернак строго следовал евангельской хронологии. В «Гефсиманском саде» эта хронология сознательно нарушается: пророчество о Втором пришествии, звучащее в финале, отсылает читателя не к соответствующим главам Евангелий, 14-й от Марка, 18-й от Иоанна и 26-й от Матфея, на которые в целом — фабульно и отчасти лексически — ориентировано стихотворение, а к Откровению Иоанна Богослова...

Темпоральная (временная) динамика — один из наиболее значимых содержательных компонентов динамики композиционно-сюжетной. Особую важность темпоральный аспект приобретает тогда, когда объектом исследования оказывается поэтический цикл как художественное целое, состоящее из цельнооформленных и относительно автономных в композиционно-сюжетном отношении частей. Рассмотрим под этим углом зрения поэтический цикл «Стихотворения Юрия Живаго», завершающий роман Б. Л. Пастернака «Доктор Живаго».

«Чудо» — 20-е стихотворение живаговского цикла и 2-е, если отсчитывать от «Рождественской звезды», стихотворение о Христе. В основу «Чуда» положен известный евангельский сюжет — проклятие бесплодной смоковницы: «И увидев при дороге одну смоковницу, подошел к ней и, ничего не нашед на ней, кроме одних листьев, говорит ей: да не будет же впредь от тебя плода вовек. И смоковница тотчас засохла» (Мф., 21: 19). Этот «канонический» фабульный стержень имеет несколько контекстуально-сюжетных ответвлений и обогащается рядом вроде бы незначительных подробностей...

Показать ещё
реклама